Обличчя російського фашизму. ЧК в Україні.

"Я повернуся до своєї Вітчизни... коли тоталітарна кривава більшовицька система буде знесена так, як гітлерівська. Коли НКВД піде вслід за гестапо, коли червоний російський фашизм щезне так, як щез фашизм німецький. Коли нам – Українському Народові – буде повернено право на свободу і незалежність в ім'я християнства і справедливості", – писав на еміграції Іван БАГРЯНИЙ.

Одним із проявів російського фашизму 20-го століття стала діяльність його каральних органів – "Чрєзвичайной Коміссіі" – "краси і ґордості Коммуністічєской партіі" за висловом одного із соратників Лєніна – Зінов'єва.

З 1918 року цей орган мав назви ВЧК, ОГПУ, НКВД, НКГБ, МГБ, КГБ, наслідуючи традиції катівень Івана ІV, Таємної Канцелярії Петра І і Таємної Експедиції при російському Сенаті середини 18 століття. Будучи суто російським витвором, як і більшовизм, що його видатний російський філософ Ніколай Бєрдяєв охарактеризував як "трєтьє явлєніє русского імпєріалізма", цей апарат злочинів і насильства, діючи в Україні, комплектувався, однак, переважно з не українців, про що виразно свідчить лист голови Всєроссійской ЧК Дзєржинского до Лєніна (подаємо в перекладі на українську).

"Харків. 26 червня 1920 р. Дорогий Володимире Іллічу!.. Становище тут (в Україні – Ред.) загалом іде вгору. Можна з певністю сказати, що коли з центру (тобто, з Москви – Ред.) безупинно натискатимуть і посилатимуть працівників, то й Україна стане скоро чесною, совєтською... Величезною перешкодою в боротьбі – відсутність чекістів-українців... Моє перебування тут підсилює темп роботи ЧК. І мені здається, що подальше перебування необхідне. Привіт. Ф.Дзержинський" (Дзержинский Ф. Э. Изб. произв. В 2-х томах. Политиздат (Москва). 1977)

Про те, як окупаційні війська і спеціальні каральні загони робили Україну "чесною" і "совєтською" – роман Юрія Горліса-Горського "Холодний Яр", а також тут.

Що ж до "темпу роботи" ЧК, то 1923 року на Заході вийшла книжка російського історика Сергія Мельгунова "Красный террор в России", побудована на численних свідченнях людей і матеріалах, що зібрала спеціальна слідча комісія, утворена в 1918 році при уряді генерала Денікіна.

До уваги читача – лише деякі матеріали, що стосуються діяльності ЧК на території Української Народної Республіки, окупованої більшовицькою Росією. А наостанок, перш ніж познайомити Вас з цими шокуючими документами – вислів, що його любив повторювати голова ЧК в Україні Лацис: "Чрєзвичайка – ето лучшєє, что наші совєтскіє органи могут дать"...

"Свидетельства комиссии Рерберга (производила расследования немедленно после занятия Киева Добровольческой армией Деникина в августе 1919 г.):

"В большинстве чрезвычаек Киева большевикам удалось убить заключенных накануне вечером (перед своим уходом). Вот внешний вид одной из Киевских человеческих "боен" в момент ознакомления с ней комиссии.

"...Весь цементный пол большого гаража (дело идет о "бойне" губернской ЧК Киева по улице Садовой, , N 5.) был залит уже не бежавшей вследствие жары, а стоявшей на несколько дюймов кровью, смешанной в ужасающую массу с мозгом, черепными костями, клочьями волос и другими человеческими остатками. Все стены были забрызганы кровью, на них рядом с тысячами дыр от пуль налипли частицы мозга и куски головной кожи. Из середины гаража в соседнее помещение, где был подземный сток, вел желоб в четверть метра ширины и глубины и приблизительно в 10 метров длины. Этот желоб был на всем протяжении до верху наполнен кровью... Рядом с этим местом ужасов в саду того же дома лежали наспех поверхностно зарытые 127 трупов последней бойни... Тут нам особенно бросилось в глаза, что у всех трупов размозжены черепа, у многих даже совсем расплющены головы. Вероятно они были убиты посредством размозжения головы каким-нибудь блоком. Некоторые были совсем без головы, но головы не отрубались, а... отрывались... Опознать можно было только немногих по особым приметам, как-то: золотым зубам, которые большевики в данном случае не успели вырвать. Все трупы были совсем голы.

В обычное время трупы скоро после бойни вывозились на фурах и грузовиках за город и там зарывались. Около упомянутой могилы мы натолкнулись в углу сада на другую более старую могилу, в которой было приблизительно 80 трупов. Здесь мы обнаружили на телах разнообразнейшие повреждения и изуродования, какие трудно себе представить. Тут лежали трупы с распоротыми животами, у других не было членов, некоторые были вообще совершенно изрублены. У некоторых были выколоты глаза и в то же время их головы, лица, шеи и туловища были покрыты колотыми ранами. Далее мы нашли труп с вбитым в грудь клином. У нескольких не было языков. В одном углу могилы мы нашли некоторое количество только рук и ног. В стороне от могилы у забора сада мы нашли несколько трупов, на которых не было следов насильственной смерти. Когда через несколько дней их вскрыли врачи, то оказалось, что их рты, дыхательные и глотательные пути были заполнены землей, Несчастные были погребены заживо и, стараясь дышать, глотали землю. В этой могиле лежали люди разных возрастов и полов. Тут были старики, мужчины, женщины и дети. Одна женщина была связана веревкой со своей дочкой, девочкой лет восьми. У обеих были огнестрельные раны".

"В уездной Чека Киева (на ул. Елисаветинской) было то же самое, такой же покрытый кровью с костями и мозгом пол и пр. В этом помещении особенно бросалась в глаза колода, на которую клалась голова жертвы и разбивалась ломом, непосредственно рядом с колодой была яма, вроде люка, наполненная до верху человеческим мозгом, куда при размозжении черепа мозг тут же падал..."

"Человеческая нервная система не может такого выдержать. И казнь совершают палачи преимущественно в опьяненном состоянии... Почти в каждом шкафу, – рассказывает Нилостонский про Киевские чрезвычайки, – почти в каждом ящике нашли мы пустые флаконы из-под кокаина, кое- где даже целые кучи флаконов".

"Когда я вспоминаю лица членов Чека: Авдохина, Терехова, Асмолова, Никифорова, Угарова, Абнавера или Гусига, я уверена, что это были люди ненормальные, садисты, кокаинисты, – люди, лишенные образа человеческого, пишет одна из сестер милосердия Киевского Красного Креста"(С. 143)

Вот пытка в так называемой "китайской" Чека в Киеве: "Пытаемого привязывали к стене или столбу; потом к нему крепко привязывали одним концом железную трубу в несколько дюймов ширины... Через другое отверстие в нее сажалась крыса, отверстие тут же закрывалось проволочной сеткой и к нему подносился огонь. Приведенное жаром в отчаяние животное начинало въедаться в тело несчастного, чтобы найти выход. Такая пытка длилась часами, порой до следующего дня, пока жертва умирала" (С. 127 – 128)

"Харьковская ЧК. 19-й год... Вскрытие трупов обнаружило страшные жестокости: побои, переломы ребер, перебитые голени, снесенные черепа, отсеченные кисти и ступни, отрубленные пальцы, отрубленные головы, держащиеся только на остатках кожи, прижигание раскаленным предметом, на спине выжженные полосы и т.д. и т.п. У одного трупа голова оказалась сплющенной в плоский круг толщи- ной в 1 сантиметр; произведено это сплющивание одновременным и громадным давлением плоских предметов с двух сторон..."

...Перед нами последовательно проходят города: Харьков, Полтава и др. И повсюду "трупы с отрубленными руками и размозженными костями и оторванными головами", "с переломленными челюстями, с отрезанными половыми органами".

...Показания мещанина г.Луганска, как пытали его: здесь и поливание голого ледяной водой, отворачивание плоскозубцами ногтей, поддевание иглами, резанье бритвой и т.д. В Симферополе в ЧК применяют новый вид пытки, устраивая клизмы из битого стекла и ставя горящие свечи под половые органы"... (С. 121)

Среди одесских палачей был негр Джонстон, специально выписанный из Москвы. Он был синонимом зла и изуверств, – сдирал кожу с живого человека перед казнью, отрезал конечности при пытках и т.п (С. 139)

...Пытка "горячим сургучом", о которой рассказывают очень многие в своих воспоминаниях о Киеве... Лили сургуч на затылок и на шею, а затем срывали вместе с кожей..."

...Пусть рассказы о физических пытках типа испанской инквизиции будут всегда и везде преувеличены – нашему сознанию не будет легче оттого, что русские пытки 20-го века менее жестоки, менее бесчеловечны.

"Большевики в Одессе в 1920 г. в третий раз. Идут ежедневные расстрелы по 100 и больше человек. Трупы возят на грузовиках... Число расстрелянных по официальным данным доходит до 7 000. Расстреливают по 30-40 в ночь, а иногда по 200 – 300. Тогда действует пулемет..." Расстреливают сотнями крестьян в Валковском уезде Харьковской губернии... В одном селе расстрелянных 140. (С. 100)

"Система заложничества имела кровавые результаты в зиму 1921– 22 гг. в северных уездах Таврии и Екатеринославщины, во время так называемого "разоружения деревни". На села (напр., Троицкое, Богдановка, Мелитополь) налагалось определенное количество оружия, которое они должны были сдать в течение суток. Количество, значительно превышавшее наличие. Бралось человек 10 – 15 заложников. Конечно, деревня не могла выполнить, и заложники расстреливались".

"В Николаеве в 1919 г. расстреливали под звуки духовой музыки... В Киеве расстреливаемых заставляли ложиться ничком в кровавую массу, покрывавшую пол, и стреляли в затылок и размозжали череп. Заставляли ложиться одного на другого еще только что пристреленного...

В Полтаве и Кременчуге всех священников сажали на кол. В Екатеринославе предпочитали и распятие и побивание камнями. В Одессе истязали, привязывая цепями к доскам, медленно вставляя в топку и жаря, других разрывали пополам колесами лебедок, третьих опускали по очереди в котел с кипятком и в море, а потом бросали в топку. Формы издевательств и пыток неисчислимы."

"В Крыму воцарился большевизм в самой жестокой разбойничье- кровожадной форме, основанный на диком произволе местных властей", — пишет Кришевский в своих воспоминаниях. "Во всех городах лилась кровь, свирепствовали банды матросов, шел повальный грабеж, словом создавалась та совершенно кошмарная обстановка потока и разграбления, когда обыватель стал объектом перманентного грабежа"... Сотнями гибли и представители татарского населения, противодействовавшего большевикам. (С. 91)

В Крыму месяцами шла бойня. ("Крымская резня" 1920-1921 гг.). Смертоносное таканье пулемета слышалось каждую ночь до утра... Первая же ночь расстрелов дала тысячи жертв: в Симферополе 1800 человек, Феодосии 420, Керчи 1300 и т.д... Население ближайших к месту расстрела домов выселилось; не могло вынести ужаса пытки. Да и опасно – недобитые подползали к домам и стонали о помощи. За сокрытие сердобольные поплатились головой.

...Расстрелянных бросали в старые Генуэзские колодцы. Когда же они были заполнены, выводили днем партию приговоренных, якобы для отправления в копи, засветло заставляли рыть общие могилы ...с наступлением темноты расстреливали.

Складывали рядами. На расстрелянных через минуту ложился новый ряд живых "под равнение", и так продолжалось, пока яма не наполнялась до краев, Еще утром приканчивали некоторых размозживанием головы камнями.

В Керчи устраивали "десант на Кубань": вывозили в море и топили... Обезумевших жен и матерей гнали нагайками... За "Еврейским кладбищем" в Симферополе можно было видеть расстрелянных женщин с грудными младенцами.

В Ялте, Севастополе выносили на носилках из лазарета и расстреливали. И не только офицеров – солдат, врачей, сестер милосердия, учителей, инженеров, священников, крестьян и т.д." (С. 67)

"Наибольшие расстрелы происходили в Севастополе и Балаклаве, где ЧК расстреляла, если верить очевидцам, до 29 тыс. человек... В Севастополе не только расстреливали, но и вешали – сотнями... Были использованы все столбы, деревья и даже памятники... Исторический бульвар весь разукрасился качающимися в воздухе трупами. Та же участь постигла Нахимовский п-т, Екатерининскую и Большую Морскую улицы и Приморский б-р..." (С. 68)

...Усмиряется повстанческое движение на Украине. Здесь нет передышки: между 1920 и 1921 г. разницы не будет. Это повстанческое движение многообразно... Но при ликвидации их нет уже оттенков. Приказ № 69 по киевскому округу... предписывал применение массового террора против зажиточных крестьян вплоть до истребления их «поголовно»; приказ заявлял о расстреле всякого, у кого найдется хоть один патрон после срока сдачи оружия и т.д. При активном сопротивлении террор, как всегда, превращается в кровавую бойню. В Проскурове жертв считается 2000. Близ Киева выступает атаман Тютюник – в Киеве ежедневно расстрелы нескольких десятков человек... Когда мы читаем в петербургской «Правде», что в Киеве раскрыт заговор, руководимый "Всеукраинским повстанческим комитетом" и что арестовано 180 офицеров армии Петлюры и Тютюника, мы с уверенностью можем сказать, что это сообщение равносильно сообщению о расстрелах. Прибывший в Польшу проф. киевского политехникума Коваль сообщает об усилении террора в связи с раскрытием в Киеве "очереднего заговора". Каждую ночь расстреливается 10—15 человек. "В педагогическом музее — сообщается в этом интервью — была устроена выставка местного исполкома, на которой, между прочим, фигурировали и диаграммы расстрелов Чека. Минимальное количество расстрелов в месяц — 432".

Заговоров "петлюровских" организаций без числа: 28-го сентября в Одессе расстреляно 63 человека во главе с полк. Евтихиевым; в Тирасполе 14 человек; там же — 66; в Киеве 39 (все больше представителей интеллигенции); в Харькове 215 "украинских заложников" в виде возмездия за убийство советских представителей повстанцами и т. д...

А такими сообщениями пестрили официальные большевистские газеты: в Подольской губ. раскрыты 5 контр-революционных организаций, охватывающих всю Подолию. В Чернигове расстреляно 16 и т. д. Это "и так далее" — не отписка, это подлинная действительность, ибо отдельные сообщения накапливаются грудами. (С. 72-73)

"Восстание" железнодорожников в Екатеринославе влечет за собой 51 человеческую жертву. А может быть и больше, З. Ю. Арбатов в своих воспоминаниях "Екатеринослав, 1917– 1922 гг." свидетельствует, что число арестованных рабочих простиралось до 200. Из них пятьдесят один были приговорены к немедленному расстрелу. "Ночью второго июня осужденные на двух грузовиках были доставлены к крутому берегу Днепра и за их спинами был поставлен пулемет. Как подкошенные падали расстрелянные в воду... Трупы относило течением... Некоторые трупы оставались на берегу". Остальных рабочих потребовала для расправы Всеукраинская Чека в Харькове... Так был подавлен, по отзывам большевиков, "маленький Кронштадт". (С. 77)

...Очень характерное письмо читаем мы в "Последних Новостях" о "ликвидации" недавних "восстаний" на Украине. "Ликвидация восстаний" — пишет корреспондент — превращена на деле в истребление еше уцелевшей интеллигенции. (С.80)

...Концентрационный лагерь в Харькове... названный специально лагерем для "буржуев", был переполнен, — как свидетельствует один из заключенных в нем, — представителями всех сословий и в особенности крестьянами. (С. 105)

Нельзя пролить более человеческой крови, чем это сделали большевики, нельзя себе представить более циничной формы, чем та, в которую облечен большевистский террор… Это такой открытый апофеоз убийства как орудия власти, до которого не доходила еще никогда ни одна власть в мире."

Мельгунов С. П. Красный террор в России. 1918 – 1923. М. 1990

Майже через 30 років після того, як праця С. Мельгунова побачила світ, інший російський емігрант - відомий філософ Г. Федотов - писав: "Хто зна, яких нових форм набуде російський фашизм чи націоналізм задля нової російської експансії?" (Федотов Г. Новый Град. Нью Йорк. 1952)